В массовом сознании существует два популярных объяснения очевидной деградации веб-технологий. Конспирологическое — корпорации изначально хотели превратить пользователей в источник прибыли и потому сознательно построили системы манипуляции. Это неинтересно, это мы разбирать не будем. Техноутопическое (самое популярное) — сами технологии нейтральны, а все проблемы вызваны исключительно человеческой жадностью. Это тоже слишком просто — конечно, технологии не нейтральны, и тот же ChatGPT это не «просто инструмент» (так могут думать только технари, не читавшие Маклюэна, Мамфорда и вообще гуманитарную теорию про технологии).

Давайте попытаемся выяснить, как все было на самом деле и чем карта отличается от территории. И кто же виноват в том, что «теория мертвого интернета», некогда тоже конспирология, уже почти стала реальностью — когда боты читают статьи, написанные ботами, боты пишут комментарии под этими статьями, чтобы поднять их в выдаче для других ботов.

Ровно четверть века назад, в далеком 2001-м, в эксплуатацию ввели Волгодонскую АЭС — всего в 260 километрах от моего родного города Ростова-на-Дону. Я тогда был молодым шутливым подростком 12 лет, смутно слышал что-то про Чернобыль, но в целом о радиации как явлении никогда не задумывался. И тут на даче, летом того же года, мне попалась газета, где публиковалась «написанная за неделю» в честь запуска АЭС повесть донского писателя Василия Вареника «Гибель Ростова». В ней в красках и очень подробно описывалось, как именно, если «атомная рванет», мой город будет мучительно погибать. Этот текст просто сотряс мой детский мир, а чудовищные кошмары снились до конца года (да и до сих пор еще иногда снятся). 25 лет спустя, в год 40-летия Чернобыля, я решил порассуждать о том, как мифы про радиацию стали страшнее самой радиации — и насколько глубоко в нашу психику уходит эта кроличья нора.

Любопытный парадокс современной технологической культуры: чем сильнее индустрия твердит о рациональности, данных и критическом мышлении, тем чаще внутри нее возникают почти религиозные формы мышления. Например, культ «ИИ» или крипто-мессианство, биохакерские утопии, вера в «оптимизацию человечества», технократический элитизм и убеждение, что любая проблема — всего лишь ошибка, которую можно отдебажить. Особенно интересно последнее, ведь считается, что программист — это человек, защищенный от мифов самим устройством профессии, ведь он работает с логикой и формальными системами. А что выходит на самом деле? Разбираемся в статье, которая наверняка найдет отклик аудитории именно здесь, на Хабре. 

Ровно 70 лет назад, в мае 1956 года, канадский физик Гилберт Пласс опубликовал статью «Теория изменения климата на основе углекислого газа», в которой предсказал, что еще до конца XX века накапливающийся в атмосфере CO2 приведет к росту средней температуры на планете. Его расчеты оказались верны. И тающие ледники, и засуха в Амазонии, и аномальный снегопад в апреле-мае 2026 года в Москве — все это следствие глобального потепления. Так почему же человечество игнорирует этот факт, увлеченно продолжая засорять свой единственный дом — планету Земля?

22 апреля в 17-й раз официально отмечается установленный ООН День Матери-Земли (или просто День Земли). А 28 марта 2026 года в 20-й раз состоялся учрежденный Всемирным фондом дикой природы (WWF*) и гораздо более меметичный Час Земли — когда люди по всему миру в определенное время не пользуются электричеством, чтобы подчеркнуть важность заботы о нашей планете. Разбираемся, кто и зачем придумал эти инициативы, есть ли в них смысл и какие возможны альтернативы.

*Всемирный фонд дикой природы (WWF) признан на территории России иностранным агентом и нежелательной организацией и запрещен.

Рассказываем про собственную статистику DDoS-атак за 2025 и первый квартал 2026 года — и через эту призму размышляем об эволюции DDoS как явления в целом.

Тридцать лет назад, летом 1996 года, весь мир обсуждал только одно: первое в мире клонированное млекопитающее, милую овечку по имени Долли. Тема не сходила с первых полос СМИ и попала в кино того времени, ее обсуждали как в популярных телешоу, так и на государственном уровне — этично ли клонировать человека? Можно ли считать такой клон отдельной личностью? Какие у него будут права?

Сегодня, несмотря на то, что наука серьезно продвинулась вперед в этой области, новых прорывов, подобных овечке Долли, не наблюдается, да и в целом человечество как будто серьезно охладело к теме клонирования. Почему? Разбираем, что это было, почему кончилось и какие у этой области шансы на развитие в XXI веке.

Ровно полвека назад, в 1976 году, вышла книга молодого этолога, которая произвела в науке (по крайней мере, точно в ее массовом восприятии) настоящую революцию. В ней 35-летний Ричард Докинз довел теорию Чарльза Дарвина до логического завершения, убедительно показав, что базовая единица естественного отбора это не индивид, а наши гены, точнее, самые «эгоистичные» из них. И что, строго говоря, вообще нельзя говорить о наших генах: это мы у них, мы — «машины для выживания, самоходные транспортные средства, слепо запрограммированные на сохранение эгоистичных молекул».

Рассказываем о самой скандальной научной книге после «Происхождения видов», которая до сих пор вызывает возмущение и которой ее критикам до сих пор совершенно нечего возразить. В программе: почему эгоизм ведет к альтруизму, почему люди стареют и умирают и как это остановить, а также почему теория Докинза — вопреки мнению самого Докинза — делает создание ИИ невозможным в принципе.

А еще Докинз придумал мемы, и в этой статье есть отдельный раздел про мемы!

Привет, это Олег Антипов с долгожданным сиквелом материала про то, что нейросети это не ИИ! 

А что же это на самом деле такое? Хмм, оно выглядит как пузырь, крякает как пузырь и показывает все признаки пузыря вроде «Метаверса» или NFT. Наверное, это… новая технологическая эра человечества!

Из этого материала вы узнаете, как OpenAI привлекает сотни миллиардов под обещания; как «ИИ» вместо спасения человечества обрушил рынок труда и ухудшил ситуацию с ИБ; как нейросети буквально — с пруфами от настоящих ученых — заставляют ваш мозг деградировать; и много других невеселых фактов.

Текст длинный, поэтому если лень читать, можете попросить ChatGPT пересказать его основные моменты и затем спросить, справедлива ли критика автора. Вы удивитесь ответу.

Билл Гейтс и Стив Джобс. Стив Джобс и Билл Гейтс. Два гения, построивших миллиардные корпорации, чьи изобретения изменили историю человечества. Те, кто помоложе, помнят их вдвоем по породившей множество мемов конференции AllThingsD 2007 года. Однако это был первый — и, как оказалось, последний — раз, когда Гейтс и Джобс встретились в таком тесном и одновременном открытом формате за много лет. А что этому предшествовало? Десятилетия интриг, дружбы и вражды, судов и плагиата — в год 50-летия обеих корпораций и 15-летия смерти Джобса вспоминаем эти страницы истории.

Маршалл Маклюэн (1911-1980), «отец исследований медиа», сегодня уже подзабыт — однако его роль в философии и теории медиа невозможно переоценить. Еще 60 лет назад Маклюэн описал, как медиа меняют нервную систему человека, задолго до того как это стало очевидным, и предсказал, как процесс будет развиваться дальше (генеративные нейросети мыслитель, конечно, предвидеть не мог — тем интереснее, что он сказал бы о них?)

Знаменитая сентенция Маклюэна «the medium is the message» по-настоящему раскрылась только в XXI веке — когда стало ясно, что формат платформы определяет поведение пользователя сильнее, чем сам ее контент. Идея глобальной деревни (Global village) тоже сбылась: мы теперь все одинаково следим за одними и теми же новостями через интернет. 

Поговорим об этом и о многих других идеях выдающегося канадского мыслителя, которые сегодня стали неожиданно актуальны.

18 ноября 2025 года, на следующий день после того как Microsoft отразили атаку ботнета AISURU в 15 Tbps, по всему миру на несколько часов фактически перестал работать провайдер Cloudflare. За два месяца до этого Cloudflare отчитался об успешном отражении атаки того же AISURU в 22 Tbps (мировой рекорд, который, видимо, этот ботнет решил обновлять каждый месяц). Хотя два инцидента оказались в итоге не связаны, учитывая фантастические темпы роста AISURU, время задуматься — как скоро придет момент, когда мощь этого ботнета превысит все защитные ресурсы провайдеров мирового уровня?

Испанская футбольная лига LaLiga известна в сети уже несколько лет довольно своеобразной «борьбой с пиратством», от которой страдают все окружающие. 

В 2025 году это дошло до пика — LaLiga удалось получить официальное разрешение суда на «динамические блокировки пиратских сайтов» — после чего они немедленно забанили в Испании инфраструктуру Cloudflare, и начался полный хаос. 

Рассказываем об основных моментах этой знаковой истории про схватку технологий со здравым смыслом — а наш эксперт Дмитрий Никонов анализирует техническую сторону дела и прогнозирует развитие таких кейсов в будущем. 

В 2022 году, когда hCaptcha перестал обслуживать часть российских пользователей, мы оказались перед выбором: искать новый сервис или создать свою капчу с нуля. Выбрали второе — и не прогадали. В этой статье я расскажу, как из аварийного решения родилась система, которая сегодня защищает миллионы запросов ежедневно. Поделюсь ключевыми выводами наших исследований по устойчивости к распознаванию, раскрою секреты масштабирования без пиковых нагрузок на серверы. Немного затрону тему того, как легко настроить страницу капчи под требуемый дизайн, чтобы переход на проверку оставался незаметным для пользователей. Также объясню, как наша капча превратилась из внутреннего инструмента в самостоятельный продукт.

В первой части этого материала мы объясняли, что IT-рынок не умер — он перестраивается. Что за громкими заголовками про «массовые увольнения» и «схлопнувшийся пузырь» скрывается не катастрофа, а «нормализация» и «взросление отрасли». 

Иными словами, в прошлой части мы говорили, что не все так плохо. Наша сегодняшняя героиня — не согласна. Картина, которая открылась нам с ее помощью, не только констатирует реальность кризиса на российском IT-рынке, но и очерчивает его причины — в целом, перспективы выходят довольно мрачные.

Айти — как легендарный вечно ликвидирующийся магазин SUNLIGHT. Уже пару десятилетий наша любимая и родная сфера «умирает», «схлопывается» и «обрушивается» — при этом умудряясь постоянно расти. В 2010-м «поздно вкатываться, все уже написано». В 2015-м «поздно вкатываться, джуны никому не нужны». В 2020-х «поздно вкатываться, всех заменит нейросеть». Найти работу в IT «невозможно», «дефицит кадров» тотален — при этом в 2025 году индустрия в России (да-да) поставила рекорд по численности сотрудников, а вакансий открыты десятки тысяч. В этой статье мы делаем смелую попытку разобраться в том, что происходит с отечественным IT на самом деле.

Когда заходит речь о писателях в стиле киберпанк, имя Брюса Стерлинга всегда заслуженно идет через запятую с Уильямом Гибсоном, Нилом Стивенсоном и другими. Вместе с тем, есть такое ощущение, что идеи Стерлинга были восприняты массовой культурой в гораздо меньшей степени.

Это интересно, так как с точки зрения технологических предсказаний Стерлинг намного опередил и Гибсона, и других коллег — да и вообще был и остается не столько литератором, сколько серьезным мыслителем-футурологом.

Рассмотрим повнимательнее идеи и творчество одного из главных технофантастов XX века.

Мы все росли на шпионских фильмах и детективах, в которых (особенно в бесконечной саге про Джеймса Бонда) у спецагентов всегда есть набор чудо-игрушек: часы-гранатометы, ручки-пистолеты и машины-ракетницы. Как будто у каждой серьезной разведки в секретных лабораториях сидит целый отдел креативных инженеров из вселенной Marvel.

В реальности все, как можно догадаться, куда скромнее — но вместе с тем порой даже абсурднее. Помада-убийца и голуби-шпионы; монета, внутри которой спрятан микрофильм; кот с радиопередатчиком в ухе — все это реальные примеры необычных гаджетов особого назначения.

Шпионская техника XX века — не магия и не супероружие, а смесь инженерной смекалки, простоты и маскировки. Взглянем на реальные гаджеты разведок — и сравним их с культурными мифами о «всесильных спецслужбах».

Сегодня поговорим про одно из величайших творений человеческой мысли — попытку понять, как выстроена на микро- и макроуровне вся Вселенная, и найти единый свод законов, которые ей управляют. Гипотетическая объединенная физико-математическая теория, описывающая все четыре фундаментальных взаимодействия, что она такое — Святой Грааль, до которого наука вот-вот доберется и решит все проблемы? Или, может быть, все-таки миф, корни которого следует искать в человеческой психологии и который на самом деле не сбудется никогда? Давайте разбираться. 

Двадцать лет кажутся большим сроком, но на самом деле это не так уж и много. Насколько к 2045-му нейросети изменят нашу жизнь? Появятся ли роботы-дворецкие? Сможем ли мы перейти на альтернативные источники энергии? И самое главное — БУДУТ ЛИ ЛЕТАЮЩИЕ МАШИНЫ? Играем в техноВангу и пытаемся экстраполировать текущее положение дел на ближайшее будущее.

Привет, меня зовут Олег. В этом году на Хабре приобрели некоторую популярность мои нечаянно сложившиеся в цикл статьи по развенчанию различных священных коров технооптимизма: нейросетей (которые, напомню, не являются ИИ!), квантовых компьютеров, программы SETI и мультиверса с NFT. 

Мне уже самому несколько неуютно в этом имидже скептика, и поэтому я решил попробовать написать искреннюю технооптимистическую статью и прикинуть, что реально, не в фантазиях маркетологов и фанбоев, может интересного произойти в технологиях в ближайшие 20 лет (ну, при условии, что мы все не превратимся в радиоактивный пепел, конечно) — и как это изменит нашу жизнь.

2045 — это не просто условный год, а вполне реалистичный горизонт для прогнозирования, так как 25–30 лет — стандартный цикл крупных технологических трансформаций (ну или пузырей, вот и постараемся отличить одно от другого).